Происшествия1 марта 2021 1:00

Жертвы скопинского маньяка не боятся возвращения своего мучителя из тюрьмы

После освобождения из подземного бункера каждая из пленниц Виктора Мохова смогла найти свое призвание в жизни
Екатерина Мартынова, одна из жертв Мохова, живет в счастливом браке и готовит к публикации книгу о пережитых событиях. ФОТО: из личного архива героини

Екатерина Мартынова, одна из жертв Мохова, живет в счастливом браке и готовит к публикации книгу о пережитых событиях. ФОТО: из личного архива героини

Прошло 17 лет с тех пор, как было раскрыто почти идеальное преступление, совершенное в небольшом райцентре Рязанской области. И вот на прошлой неделе появился слух о том, что в первых числах марта из колонии строгого режима выходит на свободу его автор - Виктор Мохов. Срок заключения скопинского маньяка, как его прозвала пресса, подходит в середине мая, но, по словам сотрудников исполнительной системы, за хорошее поведение осужденного могут отпустить и на пару месяцев раньше.

- Сперва займусь ремонтом дома, - поделился своими планами на ближайшее будущее Виктор в июне прошлого года. - Сейчас там полный разор, батареи отопления и газовый котел разморожены, водопровод тоже, крыша местами провалилась. Все небогатое имущество разграблено. Я все восстановлю своими силами, главное - финансовый вопрос.

Мохов поставил для пленниц двухъярусную кровать, но при этом на следствии утверждал, что погреб ему был нужен для хранения солений и отдыха в жаркие дни.

Фото: Татьяна БАДАЛОВА

УЗНИЦЫ ПОДЗЕМЕЛЬЯ

В конце сентября 2000 года 54-летний слесарь скопинского автоагрегатного завода Виктор Мохов вместе с сообщницей, переодетой в мужчину, увидели на вечерней улице Рязани 14-летнюю Катю Мартынову и 17-летнюю Лену Самохину и предложили их подвезти. Девочки задержались на городском празднике и надеялись, что на машине попадут домой быстрее. Больше их никто не видел. Пропавших объявили в федеральный розыск, подключили Интерпол, но поиски не дали результатов. Катя и Лена как будто провалились под землю.

Через 3 года и 7 месяцев студента медицинского училища принесла в милицию записку: «Виктор мне не дядя. Он нас держит в подвале с сентября 2000 года. Он нас и тебя может убить. Отнеси записку в милицию». По словам девушки, клочок бумаги ей передала гостья в доме, где она снимала комнату.

После задержания Мохов в преступлении не признался. А оперативники за несколько часов, что продолжался обыск его дома и гаража, входа в подземелье не нашли. Хозяин так ловко оборудовал вход с задней стороны гаража, что непосвященный человек ни за что бы не понял, что находится рядом с бункером. Найти его можно было, лишь сняв один из нижних жестяных листов, который держался на магнитах. Вниз вела приставная лестница. Между девушками была металлическая крышка и массивная сейфовая дверь толщиной в полметра.

Катя и Лена в бункере, где их насильно продержали 3 года и 7 месяцев. ФОТО: Кадр из фильма.

Комнатка размером два на три метра, отделенная от воли металлической крышкой и толстой сейфовой дверью, была оборудована вентиляцией, освещалась и отапливалась. Своей матери и соседям хозяин дома говорил, что погреб предназначен для хранения солений и варенья. Ему верили, и когда Мохов через три года начал выводить пленниц погулять на цепи, а одну из них приглашал за общий стол в своем доме, у Алисы Валентиновны, матери, с которой он жил, не возникло подозрений. Все эти годы девочки жили в страхе, реализовывали сексуальные фантазии своего похитителя и ждали скорой смерти. За время заточения Лена Самохина родила от своего насильника двух сыновей (6 ноября 2001 года и 6 июня 2003), а когда их освободили, была беременна девочкой. Но ребенок погиб. Детей Мохов у матери забирал и подбрасывал к дверям квартир. Убедившись, что на место приехала полиция или скорая помощь, возвращался домой. Оба мальчика выжили и были отданы впоследствии на усыновление.

Освободили Катю и Лену 4 мая 2004 года. Обе они были бледны, напуганы и, казалось, настолько свыклись со своей участью, что даже не смогли по-настоящему обрадоваться спасению.

После возвращения в Скопин Виктор Мохов планирует заняться ремонтом своего развалившегося дома. ФОТО: Кадр из фильма

«КАК ОН МОГ РЕШИТЬСЯ НАПИСАТЬ МНЕ?»

После освобождения девочек дороги всех участников этой жуткой истории разошлись. Преступников осудили и отправили в колонию: Виктора Мохова на 17 лет, а его пособницу в похищении Елену Бадукину на 5 с половиной лет. Девочки, теперь уже девушки после длительной реабилитации начали каждая по-своему строить свои судьбы. Сделавшее их почти родными заточение и общая беда должны были, по идее, сплотить их на всю оставшуюся жизнь. Но, увы, уже порядка десяти лет Лена и Катя не общаются.

Если набрать в интернете словосочетание «скопинский маньяк», то поисковик выдаст огромный пласт информации – статьи, сюжеты и многочисленные передачи в духе телерасследований и ток-шоу. Практически во всех можно прочитать или посмотреть интервью Екатерины, младшей из двух пленниц Мохова. Вот она проходит детектор лжи, вот уличает во лжи сообщницу Мохова, а вот презентует книгу воспоминаний «Исповедь узницы подземелья». Несмотря на то, что Катя была моложе и, очевидно, испытала больший удар по своей психике, она сумела блестяще справиться со стрессом, перешагнуть через прошлое и, можно сказать, преуспевает. В 2019 году она в третий раз вышла замуж и уверена, что наконец встретила своего единственного мужчину. От предыдущих браков у Катерины двое детей, и она не исключает возможности снова стать матерью. Большая семья живет в пригороде Рязани в собственном доме. В марте должна появиться в продаже книга о маньяке и его пленницах, авторами которой стали Катерина и датский писатель Карстен Граф. Более двух лет Карстен, заинтересовавшийся жуткой историей, собирал информацию – беседовал с Катей, переписывался с Моховым, следователем прокуратуры Дмитрием Плоткиным и другими участниками этого дела. В итоге Катина исповедь в 100 страниц превратилась в 400-страничный труд.

По словам Катерины, возвращения Мохова она не боится, несмотря на то, что он, каким-то образом раздобыв адрес, написал ей из колонии два письма.

- Даже представить не могу, как он мог решиться написать мне, - недоумевала девушка во время беседы с журналистом «КП» после получения второго письма. – Как ему вообще совесть позволяет к нам с Леной обращаться!

У Мохова на сей счет свое мнение, он искренне удивлен тем, что девочки отказываются с ним общаться и выработать совместную стратегию выступлений перед журналистами.

- Катя написала книжку, где выставила меня извергом и монстром. Я ей после этого написал два письма. Умолял простить за причиненные девушкам страдания. Катя не сочла нужным ответить. Я предложил Кате согласовать совместное участие на телешоу. Не надо было первому проявлять инициативу. Это моя ошибка. Катя считает, раз у меня в этом заинтересованность, значит, преследую свою выгоду. Она не понимает, что после всего ими пережитого по моей вине, я не хочу и вообще не имею морального права поливать их грязью и компрометировать. К сожалению, у меня нет возможности объяснить ей это, - говорит скопинский маньяк. - Девочкам нет оснований боятся старенького немощного деда. Не могут молодые, полные сил бояться старого деда, это смешно.

Каясь в том, что написал Катерине письма, Виктор Мохов на самом деле лукавит, ведь буквально в том же разговоре со мной он просил содействия «Комсомолки» в поиске контактов второй жертвы.

Сейчас страшный подвал под гаражом затоплен.

Фото: Татьяна БАДАЛОВА

«МНЕ ПРЕДЛАГАЮТ ПОМОЩЬ В ПОИСКЕ ДЕТЕЙ, НО Я НИКОГО НЕ ТЕРЯЛА»

Лена Самохина осознанно ушла из публичного поля, связанного с похищением. После освобождения она участвовала лишь в двух программах. Первую снимали по горячим следам после спасения девушек. Во второй раз, больше десяти лет назад, ее согласия на съемку телевизионщики добивались полгода.

– Я тогда еще училась в институте, – вспоминала Елена во время эксклюзивного интервью, данного «Комсомолке» два года назад. – Так вот представители одного центрального канала ежедневно караулили меня возле подъезда, а когда я уехала на каникулы в деревню, нашли меня и там – за 200 километров от Рязани. Возле дома остановилась машина, из нее вышли люди с камерами и с ходу начали снимать. Дверь у нас была открыта – лето, жара. Они не только сами прошли в дом, но и начали насильно надевать на меня какой-то парик. К счастью, моя соседка сумела их быстро выпроводить на улицу. Мы решили на время уехать из дома, чтобы у них интерес пропал. До сих пор помню, как люди с камерами бежали за нашей машиной и кричали что-то нам вслед.

Осенью атака продолжилась, они звонили, умоляли, обещали, что будет так, как я захочу. В итоге я согласилась, надеясь, что после этого меня наконец оставят в покое. Но когда вышла программа, я поняла, что меня обманули.

– В чем заключался обман?

– В интервью телеканалу я попросила журналистов забыть о нашей истории и не калечить нашу психику новыми и новыми напоминаниями о жизни в подземелье. На условии, что эти слова прозвучат, я согласилась участвовать в съемках, но мое обращение вырезали. Тогда я поняла: в действительности наши судьбы им не интересны, их задача – любой ценой заманить нас в передачу. А что будет с нами потом, всем плевать.

В отличие от Екатерины, которая охотно все эти годы выступает в ток-шоу, Елена такой славы не хотела. Но программы выходили – и коллеги по работе узнавали в ней жертву маньяка.

– У меня публичная работа, люди начинают узнавать, коситься, обсуждать – почему я должна каждый раз кому-то что-то объяснять? – говорит Елена.

Атаки со стороны журналистов федеральных каналов продолжались несколько лет: писали в соцсетях, обрывали телефоны, поджидали у дома, ломились в квартиру. Досталось всем – и Лене, и ее супругу, и соседям.

– Это настоящая охота за людьми, и я чувствую себя дичью, которую пытаются загнать в угол. Из-за стресса мне пришлось обращаться в психоневрологический диспансер. И не потому что я не могу забыть подземелье, а потому что кому–то надо, чтобы я об этом помнила, - призналась мне Елена. – Дошло до того, что люди с корочками федерального канала ходили по квартирам в моем подъезде и просили мой номер телефона. За 30 тысяч рублей! И, представляете, никто не дал.

По словам Елены, именно разные взгляды на публичность и развели их по жизни с Екатериной. Дело было вовсе не в том, что Катя своим существом напоминала Лене о тех событиях и наоборот.

– Я не осуждаю Катю и тот путь, который она выбрала в жизни, – говорит Елена, – не могу понять только одно – как можно было сделать из нашей беды шоу.

Сейчас у Лены все хорошо. Она работает и любит дело, которым занимается. У нее счастливая семья и заботливый муж. Об освобождении Мохова она не думает, ее попросту не занимает судьба человека, которого она, к счастью, много лет назад смогла вычеркнуть из своей жизни.

Чтобы не сойти с ума в заточении, Катя рисовала на стенах сюжеты из разных мультиков.

Фото: Татьяна БАДАЛОВА