Победа8 мая 2021 22:50

Немецкий плен в рязанском селе и неврологическая инвалидность

Жительницы Рязани рассказывают о том, какой страшный след оставило в судьбах их семей лихолетье
Евгений БАРАНЦЕВ, Александр БАРАШИН
Лидия Владимировна Топильская в детстве (слева) и бывшая в плену Прасковья Васильевна Ананьева.

Лидия Владимировна Топильская в детстве (слева) и бывшая в плену Прасковья Васильевна Ананьева.

Война. Она отдаляется с каждым днем… Понять сегодня то, что чувствовали в сорок первом наши родственники, послевоенным поколениям практически невозможно. Это хорошо, и это одновременно плохо. Хочется забыть ужас и боль, но забывать их ни в коем случае нельзя…

В преддверии праздника Победы мы по бывали в гостях у двух женщин, чьи семейные воспоминания крепко-накрепко связаны с событиями военного времени, произошедшими на территории Рязанской области много лет назад.

ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ. ПОСЛЕДСТВИЯ ЖУТКОЙ БОМБЕЖКИ

Несколько лет назад «Комсомольская правда» рассказывала о трагедии 28 ноября 1941 года. Тогда в результате налета немецкой авиации на Рязань одна из бомб угодила в бомбоубежище детского садика на улице Кудрявцева - погибли четверо детей и четверо взрослых. Еще одна разорвавшаяся бомба погубила двух девочек на Молочном рынке.

Мы приводили живые воспоминания семей о том дне, который принес черные вести… Приводили истории чудесных спасений, произошедших с другими горожанами. Более подробно с материалами можно ознакомиться на страницах наших книг «Рязань: двенадцать эпизодов войны» и «Рязань: эпизоды войны».

Продолжая работу, связанную с военной тематикой, нам удалось выяснить и новые детали жуткого по своим последствиям немецкого авианалета.

- В начале войны мне было около пяти лет, - рассказывает Лидия Владимировна Топильская (в девичестве Ермолаева 1936 г. р.). - Мы жили на улице 3-я Пролетарская. Самое страшное для нас было слышать по радио голос диктора, произносившего «воздушная тревога». Словосочетание «воздушная тревога» повторялось несколько раз, затем завывала сирена. Всем нужно было скорее бежать в бомбоубежище землянку в конце двора, захватив с собой самое ценное. Мама брала на руки младшую сестру, я - куклу. Однажды случилась страшная бомбежка: одна из бомб попала в бомбоубежище детского садика, вторая - в молочный павильон центрального рынка. Мы видели последствия - на дереве висели клочки одежонок…

Отметим, что налет 28 ноября случился утром в 10:15. Еще одна бомба тогда разнесла в щепки дом №22 на улице 1-я Пролетарская.

- Моя сестра Ольга (1940-2019) лежала в тот момент на кроватке. Взрывной волной ее сбросило на пол. После этого она плохо спала, плакала - мама ухаживала за ней. Позже сестра получила инвалидность и состояла на учете в психоневрологическом диспансере. В школе она отучилась только 7 классов. Последствия бомбежки преследовали ее до конца дней. К счастью, она все же вышла замуж, и у нее родилось двое детей - сын и дочь.

ЭПИЗОД ВТОРОЙ. ДНИ В НЕМЕЦКОМ ПЛЕНУ

Зинаида Ивановна Ананьева (1950 г. р.) родилась уже после войны. Но благодаря рассказам ее мамы, побывавшей в немецком плену на территории Рязанской области, знает не понаслышке об ужасах лихолетья.

Для жителей села Змеевка (ныне Милославский район) сорок первый обернулся настоящей трагедией. Одного из местных жителей - комсомольца Николая Тюрьмина - повесили в селе Чернава, являвшемся тогда райцентром. Его бездыханное тело несколько суток для острастки провисело на улице. А несколькими днями ранее больше десяти человек из числа сторонников советского строя были взяты в плен и помещены в нечеловеческие условия.

Из допроса сотрудниками УНКВД учителя Змеевской школы Федора Федоровича Савилова:

«Я был арестован немцами 28 ноября 1941 года. В этот же день вместе со мной арестовали другого коммуниста Александра Петровича Андрианова и советского актива 13 человек. Итого арестовали 15 человек. В том числе были две женщины, которых взяли от детей за мужьев. Во время плена (трехнедельного) немцы нас совершенно не кормили».

Одна из упомянутых выше женщин - это и есть мама нашей сегодняшней героини Прасковья Васильевна Ананьева (в девичестве Лобкова, 1914-1983). Ее муж являвшийся председателем сельсовета и коммунистом ушел из села, чтобы «не сгинуть за просто так». Вместо него арестовали супругу.

- Это было утром, - пересказывает слова мамы Зинаида Ивановна. - Ворвались к ним немцы в избу, вывели на улицу, «бросили» в крытую машину и увезли в Чернаву. А через несколько дней погнали пешком в Горлово. Им не давали ни есть, ни пить и постоянно угрожали, что все они будут расстреляны или сожжены в сарае. Учитель Савилов сказал каждому из них, чтобы бежали при удобном случае.

Отметим, что в плен Прасковья Васильевна попала вместе со своим отцом Василием Васильевичем Лобковым. Поначалу дочь и папа спали в неволе под одной крышей, но затем женщин забрали на стирку белья.

- В Горлове днем их гоняли под конвоем на работы, ночью запирали. Когда началось наступление Красной Армии, и мама, и та вторая женщина, воспользовавшись общей суматохой, убежали и вернулись в родную Змеевку. А вот своего отца она больше никогда не видела. Мы до сих пор не знаем, что с ним случилось. Во время отступления немцы погнали пленных с собой на Епифань. То ли он сам где умер от недомогания, то ли был застрелен.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ

Еще одна безымянная военная могила в Рязанской области обрела свое имя

Девушка-наблюдатель поста ВНОС трагически погибла в Рыбновском районе 14 июня 1944 года (подробности).

К ЧИТАТЕЛЯМ

Вы стали свидетелем интересного события?

Сообщите об этом нашим журналистам:

- WhatsApp / Viber / Telegram: +7-900-910-82-12;

- по телефону: (4912) 95-78-87;

- в соцсетях: ВКонтакте, ОК, Facebook, Instagram;

- по электронной почте: kp-62@list.ru с пометкой «Редакции».

И не забудьте подписаться на наш канал в «Яндекс Дзен». Все самое лучшее и актуальное для вас!