Общество3 октября 2020 17:35

Сотрудники НКВД до последнего защищали госимущество в Захарове и не смогли уйти живыми от немцев

Рассекречены документы, проливающие свет на самую трагичную военную историю небольшого райцентра (к 75-летию Великой Победы)
Евгений БАРАНЦЕВ, Александр БАРАШИН
Внук погибшего милиционера Василия Косорукова Виктор Косоруков на могиле своего деда.

Внук погибшего милиционера Василия Косорукова Виктор Косоруков на могиле своего деда.

Фото: Евгений БАРАНЦЕВ

Сегодня в рамках цикла публикаций «Семь забытых битв», направленного на формирование патриотического отношения к боевому подвигу народа на Рязанской земле в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, мы поговорим о том, насколько тяжелая ситуация сложилась на внутреннем фронте в годы лихолетья.

Продукты тогда приобрели особую ценность. Наверное, не было в области ни одной продовольственной организации, в которой сотрудники не проявили бы своих человеческих слабостей и не пошли бы на компромисс с совестью. Впрочем, не только хлеб, молоко и мясо представляли особую ценность в голодное и холодное время. Одежда, мыло, спички…

Сотрудники милиции и партийные работники вели самый настоящий бой за сохранность государственного имущества. Особенно ситуация обострилась с появлением на границе региона немецких захватчиков. Было несколько случаев, когда местные власти трусили и, бросив на произвол судьбы и людей, и все госимущество, просто пускались в бега.

В Захаровском районе дело обстояло иначе. Несмотря на то, что еще 24 ноября войска 2-й танковой армии Гейнца Гудериана заняли соседний Михайлов, советская власть старалась держать обстановку в райцентре под контролем. Во избежание захвата документации большая часть райкома партии и райисполком Захаровского района были эвакуированы в более глухие села Федоровское и Малинищи (последнее - в Пронском районе).

Для поддержания правопорядка и во избежание мародерства в самом Захарове остались несколько человек. На их плечи была возложена очень сложная задача - сохранить патриотические настроения у населения, а также пресечь любые попытки провокаций и подстрекательства перейти на сторону врага. К сожалению, как и везде, в Захарове и тогда люди проживали абсолютно разные: хорошие и не очень хорошие...

«ОНИ ЗАБРАЛИ МОЕГО СЫНА»

Управление ФСБ по Рязанской области рассекретило ряд документов, касающихся событий военного времени, в том числе дело Василия Гордеевича Еремина, расстрелянного весной 1943 года за измену Родине.

Фамилию этого человека мы уже называли ранее. Именно его принято считать виновным в гибели 26 ноября 1941 года под Захаровом начальника раймилиции Андриана Усачева, помощника оперуполномоченного Василия Косорукова и работницы райздрава Екатерины Саморуковой. Но, изучив новые документы, теперь понимаем, что во многом к большой трагедии привело именно роковое стечение обстоятельств.

Дело Еремина.

Дело Еремина.

Из протокола допроса свидетеля Серафима Бубнова:

«26 ноября в 10:00 в наше село Захарово заехали фашистские танки. Когда танки подъезжали по шоссе к центру, напротив райисполкома и НКВД стоял Василий Еремин и, обращаясь к фашистам, показывал руками на эти учреждения… Он кричал, что мы вас давно ждали: «Я все расскажу, я все знаю про своих начальников - они забрали моего сына. Отпустите моего сына».

Сам Василий Еремин свое поведение на допросе объяснил следующим образом:

«Я шел из захаровского УНКВД, куда ходил к начальнику милиции с просьбой освободить моего сына, содержавшегося под стражей за грабеж склада райпотребсоюза. На дороге я встретил немецких мотоциклистов и попросил их о помощи в освобождении моего сына. Первые мотоциклисты не остановились, а последние остановились. Содействия мне они не оказали, так как, вероятно, не понимали порусски. Немецкие мотоциклисты поехали дальше по направлению деревни Захарово 2-е (ныне Елино), а я пошел домой. Спустя несколько минут пришел домой и мой сын вместе с учителем Волковым, арестованным также за грабеж… Вместе с немцами в милицию освобождать сына я не ходил… При встрече с немцами я указывал рукой на отделение НКВД, а о направлении поездки работников НКВД я не указывал».

Поясним, что накануне в Захарове местные жители под предлогом ожидаемого прихода немцев начали грабить госимущество. Мародерничали многие, нескольких человек милиционерам удалось задержать. В их числе оказался и 17-летний Николай Еремин. До выяснения всех обстоятельств его и некоторых односельчан посадили под стражу. Утром отец Николая Василий Еремин пошел в милицию хлопотать за сына. Понятно, что разговор получился эмоциональным. Нервозности придавала и близость противника, который еще 25 ноября показывался в районе. Не получив согласия на освобождение сына, Василий Еремин, итак раньше не отличавшийся особой лояльностью к советской власти, обратился за помощью к неожиданно встретившимся на обратном пути немцам. Разговор, во время которого Еремин активно жестикулировал руками, видели сразу несколько его односельчан.

СЫН ЗА ОТЦА НЕ ОТВЕЧАЕТ

Пожалуй, именно эмоции, точнее неумение сдержать их, сыграли ключевую роль в этом деле. Сын Николай, тот самый, ради освобождения которого Василий Гордеевич рисковал своей жизнью, в декабре сорок первого написал гневные пояснения, в которых отрекся от отца…

Возможно, в этих строках было желание выгородить себя, но читать их по-настоящему страшно:

«Товарищ начальник!.. Отец мой настоящая гадюка, изменник… Он снял маску советского гражданина и говорит, что вот мол и дождался… Он для меня не отец. Когда я был еще маленький, то помню, что он приходил пьяным и бил мою мать. Выгонял нас на улицу. Через него, гадюку, я остался немного заикой… Сказали, ломают склад. Мы пошли туда установить порядок. Вошли и встали у двери - я, учитель и работник почты Василий Ольгин. Но нас быстро втолкнули внутрь. Потом подходили в другой раз к складу. Смотрю, мать моя держит что-то в мешке, и говорит мне: «Неси, а я пойду еще что-нибудь возьму».

Я начал отказываться, а она говорит: «Так все равно ведь достанется немцам…» Мать моя и я виноваты, конечно, немного и сделали все по глупости, думая, что все равно достанется немцам. А отца если не расстреляют, то прошу, как советский гражданин, расстрелять…»

Еремин Василий Гордеевич. Фото из дела.

Еремин Василий Гордеевич. Фото из дела.

Так к чему же привел разговор Еремина с немецкой разведкой? Один из участников смертельного боя, получивший тяжелое ранение секретарь РК ВКП (б) Шалаев, рассказывал следующее:

«Часть районных работников оставалась в районе, в том числе и я. Когда немецко-фашистская разведка была уже в центре села (Захарово - Ред.), мы погрузились на грузовую автомашину и поехали в направлении деревни Грачевка. Недалеко от райцентра нас догнала немецко-фашистская бронемашина и стала обстреливать. Так как положение наше было плохое, то мы вынуждены были, оставить свою машину и спасаться в поле».

В результате скоротечного боя погибли милиционеры Усачев и Косоруков, медработница Саморукова, ранения получили секретарь РК ВКП (б) Шалаев и директор совхоза Правкин. Уголовное дело против Василия Еремина, что может показаться нехарактерным для военного времени, расследовалось долго и тщательно. Весной 1943 года, после установления всех обстоятельств преступления, Василий Еремин был приговорен к высшей мере наказания…

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Еще в конце 2009 года уроженец села Добрые Пчелы Валентин Балакирев рассказывал, что после нападения немцев Катя Саморукова была жива. Кто-то из местных, рискуя собственной жизнью, пытался выходить девушку, получившую тяжелейшие ранения. Но травмы оказались несовместимы с жизнью, и через несколько дней она скончалась.

Тела Андриана Усачева и Василия Косорукова были перевезены в Федоровское, где временно располагался райком партии. Здесь, на местном кладбище, их и похоронили. А вот местом упокоения Кати Саморуковой стало кладбище Добрых Пчел.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ

Свой героический прорыв из окружения 239-я стрелковая дивизия завершила на Рязанской земле

После переформирования дивизия вошла в состав 10-й армии Голикова и приняла участие в контрнаступлении под Москвой (подробности).

Забытый бой за Михайлов: восстанавливая хронику 1941 года

Подвиг красноармейцев-тыловиков пока никак не отражен на улицах районного центра (подробности).