
Главный редактор «КП- Рязань» Марина Аникеева посетила исправительную колонию №6 в Стенькино. Давно запланированная и строго регламентированная поездка в действительности оказалась полна неожиданностей. Как пьеса по известному сюжету с оригинальной режиссерской трактовкой: вместо привычных представлений о том, что происходит за колючей проволокой - свадьба, разговоры о любви, обучение профессиям и подготовка к жизни на свободе.
Приезжаем, а тут – свадьба. Все, как полагается: невеста – мечта поэта, как сказал бы Остап Бендер – каблуки, глубокое декольте, цветы, кольца, волнение. Гостей немного – мама жениха, работник ЗАГСа да мы, как с неба свалились. Много – не положено. Все ждем появления жениха. Я гадаю, какой он, что за человек, как здесь оказался, нарядный выйдет или нет. Удивляюсь, что заставляет этих людей жениться здесь, на зоне. Три года он уже находится под стражей – так принято тут говорить. И все три года невеста его ждет – познакомились незадолго до того, как парень сел. Потихоньку расспрашиваю женщин. Мама говорит, что «красивый мальчик, почему же за него не выйти», что «не сказать, что по юной дурости» влип в историю – на тот момент Олегу N (имя изменено) было 26. Невеста, Маргарита, хлопая модными ресницами, объясняет:
- У нас чувства! Сделал предложение, и я согласилась, пока он не передумал! А что? Заботливый, меня во всем поддерживает, на путь истинный наставляет. Я отучилась на ногтевого мастера, теперь у меня ногтевой бизнес, получила водительские права – все благодаря ему.

- То есть он, находясь здесь, сам сбившись с пути, на путь истинный наставляет вас? – невольно вырвалось. – А как он поддерживает?
- Ну, как? Говорит «давай-давай, правильно»!
- Вас не пугает, что будущий муж совершил преступление?
- Для меня это не имеет значения. У нас чувства. Через год освободится, день в день нашего сегодняшнего бракосочетания сыграем настоящую свадьбу. Потом родим троих детей, будем жить, как все, дружной семьей.

- А как и где будете жить?
- У меня своя квартира.
Совет да любовь, как говорится. Были б счастливы.
Наконец, вышел жених. Без «бабочки». Тоже не положено. В сильном возбуждении. Подписали брачное свидетельство, выслушали речь сотрудника ЗАГС, чуть не забыли поцеловаться. Добрые люди подсказали. Вот и вся свадьба, вот и вся любовь.

- Будет ли иметь какие-то «плюшки» женившийся на зоне? Учитывается ли это при решении об УДО как факт, свидетельствующий, что человек в самом деле исправляется? – беседуем мы с начальником ИК-6 УФСИН России по Рязанской области Ильей Журавлёвым.
- Никаких «плюшек», кроме, может быть, домашних, которые ему привезет молодая жена. Женатым разрешены длительные трехдневные свидания и посылки из дома. Мы не можем запретить человеку вступить в брак, если он решил. Это его законное право. Более того, руководство колонии способствует укреплению социальных связей - психологически проще отбывать наказание, когда есть уверенность, что тебя ждут. Но в глазах руководства этот человек до освобождения по-прежнему остается тем, кто нарушил закон.

Оказалось, минимум раз в год в колонии кто-то женится. Не такое уж и редкое явление. Работник ЗАГСа подтвердила, что примерно раз-два в месяц она ездит в разные колонии регистрировать браки. Дело обычное. Но всегда удивительное. Удивляют русские женщины, часто соглашающиеся выйти замуж, иногда ни разу не видев «жениха», влюбляющиеся по переписке. Вот каков дефицит любви. И тут, конечно, что-то еще. Не только женская тоска по счастью. Все сложнее и страшнее. О странной сердобольности русских женщин по отношению к уголовникам еще Виктор Астафьев писал в «Печальном детективе».
- А потом многие бегом бегут разводиться. Тоже не редкость, - подытоживает «брачная фея», зарегистрировавшая новый союз.
Акт 3. Тюрьма больше не тюрьма из кино
Колония №6 в Стенькино – это колония общего режима для осуждённых мужчин, впервые отбывающих наказание в местах лишения свободы. Колония рассчитана почти на 1 000 человек. Сидят в основном молодые за мошенничество, наркоманию, кражи, грабеж, разбой.
- На новичков ещё есть возможность как-то повлиять, чтобы они сюда не возвращались?
- Считаю, что да. Около четырех лет у нас функционирует программа ресоциализации и социальной адаптации осуждённых, направленная на гуманизацию наказания. Осуждённые состоят в группах по пробации. С ними дополнительно работают сотрудники учреждения, и они максимально стараются оказывать содействие в дальнейшем трудоустройстве бывших заключенных.
- Что такое пробация?
- Это работа с осуждёнными по подготовке их к освобождению и по интеграции в общество после мест лишения свободы. Это адресная помощь конкретному осуждённому внутри учреждения, во время отбывания наказания и после освобождения. Фактически это постоянное сопровождение. Оказывается психологическая помощь, проводится социальная работа, восстанавливаются документы – паспорта, свидетельства о рождении, социальные связи. Если у кого-то где-то есть родственники, то ищут родственников, чтобы максимально поддержать человека, и он не остался один на один со своими проблемами. Мы предлагаем и различные варианты по центрам занятости, вакансии по региону.
- Расскажите, как здесь живут осужденные.
- Все почему-то представляют, что они сидят в камерах, в запираемые помещениях, как в фильме «Зелёная миля». А люди содержатся в общежитиях казарменного типа. Это больше похоже на армию, а не на следственный изолятор. На базе учреждения функционируют вечерняя школа, которая обязательна для осуждённых, не имеющих школьного образования, храм, хорошая библиотека. В техникумах мы обучаем востребованным профессиям (столяр, электрогазосварщик, оператор котельной). После освобождения это пригодится. На досуге проводятся литературные викторины, спортивные соревнования, турниры по шахматам и шашкам.
Осужденные разделены на отряды по 70 - 120 человек. Распорядок следующий: в 6.00 - подъём, в 22.00 -отбой. Между ними – физзарядка, завтрак, обед, ужин, 8-мичасовой рабочий день. Трудятся в различных цехах. У нас есть швейное производство, металло- и деревообработка. Есть участок по изготовлению строительных лесов.
За свой труд осужденные получают зарплату в размере МРОТ. У каждого есть лицевой счёт, с которого он платит штрафы, иски, если они есть, и имеет возможность по заявлению перевести деньги родственникам.
Осужденные вносят свою лепту в экономику региона, поскольку мы получаем государственные и муниципальные заказы. В частности, производим садово-парковую мебель для общественных пространств, корпусную –для школ и кабинетов, уличные ограждения, велопарковки, мусорные контейнеры для районов области, постельные принадлежности для больниц региона.