«Покрасили так, что хоть мертвецов вози, поэтому сама перекрасила свою "ласточку"». Анна Горохова до 80 лет водила троллейбусы. Истории из жизни
Анна Горохова: «Очень много работы было, очень тяжело, но все это забывалось… Зато сядешь, как барыня утром, тишина…»
«Сядешь как барыня утром, тишина… А ты уже едешь по городу, смотришь, кто пошел, кто бежит, кто спешит куда-то. Интересно, но тяжело», - вспоминает Анна Горохова свою работу в Управлении рязанского троллейбуса, куда пришла в 1954 году после окончания трехмесячных курсов в городе Горький. Почетный работник общественного транспорта отметила 92-летие.
Всю войну на завалинке
Нюра Пичужкина была единственным ребенком в семье, жила в Степанковке Спасского района. Когда началась война, ей было семь лет. Отец ушел на фронт сразу, в первые дни.
«Только лишь позвонили, что война. И все… Перед нашим домом большой луг был, и вот по нему люди шли с мешочками, с сумочками. Собирались у сельсовета, а оттуда их увозили в Спасск, дальше - распределяли. А мама в колхозе работала, мешки с пшеницей, рожью возила. Уедет ночью – приедет ночью. Я дома одна боялась оставаться, поэтому на завалинке сидела, пока мама не вернется.
А потом папа пришел с ранениями. Война еще шла. Девять месяцев лежал в госпитале, но больше его на фронт не брали», - вспоминает Анна Васильевна.
Окончив семь классов, Аня Пичужкина поехала в Рязань, где отучилась на мастера-строителя, работала на машинно-тракторной станции (МТС) в Спасске, а потом узнала о наборе в троллейбусное управление.
«Я, когда в Рязани училась в техникуме, часто приходилось ездить на автобусе, водителем которого была женщина. Так она хорошо водила, интересная была женщина. Вот она меня и вдохновила… Приехала я в управление на Дзержинке, маленький там домик тогда был. Меня оформили и послали учиться в Горький. Три месяца наша группа отучилась, вернулись в Рязань – и всё. Сначала с наставником три дня, я ведь Рязань не знала совсем, а потом сама-сама-сама».
На курсах в г. Горький, 1954 год. Аня Пичужкина со своей наставницей Марией (справа).
Веселое время
Первый троллейбусом у Анны Пичужкиной был МТБ-82. На нем она училась в Горьком, на нем же стала самостоятельно ездить по маршруту №4 «Рязань-1 – Пл. Свободы». По воспоминаниям Анны Васильевны, когда в Рязань поставили современные на тот момент троллейбусы ЗиУ-5, никакого ажиотажа не было. Никто торжественно не вручал ключи, не приглашал СМИ и не озвучивал планы о будущих поставках транспорта.
«Нет-нет, не было такого. Это была обычная советская жизнь. Троллейбусы поставили, распределили – и за работу», - говорит Анна Васильевна, признаваясь, что в то время все-таки люди жили веселей.
«Какие вечера у нас были… И в Доме профсоюзов на Первомайском проспекте, и в Политическом доме на Ленина (Дом политпросвещения, ныне – филфак РГУ). Был у нас красный уголок, приглашали известных людей, избранных летчиков, концерты устраивали, пели, танцевали».
В рейс выезжали в пять утра, не все сразу – по графику: 05:05, 05:15 и так далее. Возвращался последний – дежурный - троллейбус в депо в 02:30. Не раз Анне Васильевне приходилось встречать Новый год за рулем своей «ласточки».
Первый троллейбус молодого водителя - МТБ-82.
«В праздничный день у нас еще прибавляли по рейсу, чтобы людей развозить. Работы было много очень, очень много работы. Порой прям очень тяжело было, но все это забывалось… Но зато сядешь, как барыня утром, тишина… А ты уже едешь по городу, смотришь, кто пошел, кто бежит, кто спешит куда-то…»
Но в особенные зимы случались проблемы. Прямо в центре Рязани, на пересечении улиц Ленина и Почтовой, троллейбусы из-за сильной гололедицы не могли подняться в горочку. И тогда на место выезжали все руководители, вплоть до директора управления, и в буквальном смысле руками вытягивали транспорт.
«И руками пихали, и чего только не делали. А одна зима была, как нынешняя. Помню, мы на Касимовское шоссе выезжали в сторону Песочни, и разъехаться не могли. Приходилось заезжать на огромную кучу снега, пропускать, и потом медленно выруливать на дорогу».
Анна Горохова (справа) со своей подругой Раисой Петровной. Работали вместе, одна - водителем, другая - кондуктором. Созваниваются до сих пор.
«Душиловка» в троллейбусах
Вскоре Анна вышла замуж, стала Рыжиковой, родила девочку и сменила 4-й маршрут на 5-й – «такой же, как и сейчас – одно кольцо, другое кольцо».
«Больше всего я на "пятерке" работала. Потом на 14-м… С мужем первым развелась, вышла за другого, стала Гороховой, родила вторую дочь. И после этого я работала только на четырнадцатом маршруте. Очень долго работала… Как меня пассажиры любили, ждали. У парка ждали, хотя там нельзя было сажать. Ну как ты не посадишь, когда они тут живут? Я их сажала, и они до конденсаторного завода ехали со мной», - с улыбкой рассказывает Анна Васильевна.
Женщина признается, что иногда приходилось пассажиров к себе в кабину запускать, так как народу было очень много.
«Какая "душиловка" была… Вот подъезжаешь к остановке и думаешь: "Сейчас повалят троллейбус", и я старалась всех посадить. Уже двери не закрываются. Всё. Тогда в кабину пускала. Как двери закрою, они тут же выходят, там свободнее становится, лесенки освобождаются. Наверное, и за это меня любили, да и я их всех любила. Однажды на улице встретили: "Ой, вы ведь водителем работали? Вы троллейбус-то так вели, как пароход идет по морю". Приятно, конечно».
С теплотой вспоминает Анна Васильевна одного постоянного пассажира. Мужчина работал начальником в электросети и садился в троллейбус на улице Гражданской.
«Подъезжаю к остановке, стоит, на часы смотрит. Потом он в газете про меня напечатал: "По водителю Анне Гороховой можно часы сверять". Всегда меня проверял, но я ездила точно по графику, даже крестов не получала».
Кресты в виде кружочков
Крестами в троллейбусном управлении называли отметки в табеле, которые выглядели в виде кружочков. Опоздать разрешалось на две минуты – не больше, раньше приехать – на одну минуту. Всё строго.
«Приехал к диспетчеру не по графику, вот тебе и кружочек – рейс бесплатный. Точнее, не бесплатный, оплата идет, просто не премируется», - объясняет почетный работник общественного транспорта.
Остановка «Улица Вокзальная», сентябрь 1967 года. «Знакомый фотограф со мной ехал, говорит: «Давай я тебя сфотографирую». И вот я вышла, и он меня сфотографировал. Я опять села за руль и поехала», - вспоминает Анна Васильевна.
Но не удалось Анне Гороховой избежать ДТП. Авария произошла не по ее вине, но вспоминает она с сожалением. Случилось всё на перекрестке улиц Горького и Новой. Мужчина на грузовике ехал с Куйбышевского шоссе, и ему надо было на Новую.
«Он такой разворот сделал, что влетел в кабину мне. Мне ногу рулем прижало. Ничего страшного не произошло, синяк был только. Пассажиры не пострадали, мог, конечно, всю сторону раздолбачить, но угол только помял. Быстро машина в строй вернулась».
«Панель бросаю – и сама под машину»
Когда Анне Гороховой исполнилось 76 лет, она сдала экзамен по безаварийному движению, а работала в троллейбусном управлении до 80 лет. В последние трудовые годы была ревизором по безопасности движения.
«Но все равно за руль садилась. Когда выезжала как ревизор на аварию, водителя забирали в ГАИ, я садилась в троллейбус и гнала его в депо. Так и работала. Я в восемьдесят еще на танцы ходила в парк, поэтому ничего особенного», - делится Анна Васильевна.
«Однажды мой троллейбус поставили на ремонт и покрасили так, что хоть мертвецов вози, поэтому сама перекрасила свою "ласточку". Я не считалась ни с чем. И мыла сама машину, очень свою работу любила. После 129-й (бортовой номер) мне дали 37-ю, и выбрали бригадиром мужчину-водителя. Как я выходная, он брал мою машину… И вот он, сволочь какая, перебил раму красавице моей. В Дашках железная дорога проходит, переезд не оборудован, такая тряска невозможная. А он со всего маха разогнал машину - и всё, готова рама».
Анна Васильевна вспоминает, что крайне редко вызывала слесарей, «люди чуть что – сразу аварийку».
«А я снимаю панель, ставлю на ручник. Панель бросаю и лезу под машину на спине. Всё сделаю и поехала… Страшно было, когда штанги отваливаются, провода обрывались. Вот это уже простой. И ты стоишь, и люди стоят, уже не проедешь. Это очень опасно. Сердце так и екало, где стукнет… Уголек (контактная вставка на токоприемник) расколется - стук. Штанги в разные стороны, а у тебя сердце уже в пятках. Ой, не оборвала ли я? Очень все сложно. Комиссия потом изучала, виноват водитель или нет», - объясняет ветеран.
В современных троллейбусах Анна Васильевна не была. Сейчас передвигается только с палочкой.
Сейчас только с палочкой
На современных троллейбусах Анна Васильевна не каталась, никуда не ездит, из дома почти не выходит. Четыре года назад переболела ковидом. Лежала в красной зоне и упала с высокой кровати – сломала тазобедренный сустав. Сейчас только с палочкой.
«Летом по ровной дорожке я пройду, а вот с бордюрного камня уже не спускаюсь, падаю. Здоровья совсем нет, ну я и дожила… слава тебе, Господи.
Говорят, сейчас пришли троллейбусы, не надо лазить на крышу. На кнопочку нажал, штанги сами опускаются. На кнопочку нажал - они сами поднимаются. А каково в дождь и снег. А когда гололед, уголечки-то графитовые: полрейса сделал, а они уже стерлись. Вовремя нужно успеть поменять, никого не интересовало, что ты там с углями возилась, надо успеть, чтобы крестик не поставили».
В ТЕМУ
В настоящее время в МУП «УРТ» водителями работают 70 женщин. Из них 63 водят троллейбусы и семь – автобусы. Одна женщина заканчивает курсы водителей при управлении. Такие цифры озвучила редакции администрация Рязани.