Общество

Почему советские «хрущевки» не хуже современных рязанских новостроек?

Разбираемся, в каких домах лучше живется рязанцам и чего не хватает современным строителям для качественной работы
Новые, красивые дома Рязани радуют глаз. А вот плотность застройки уже пугает.

Новые, красивые дома Рязани радуют глаз. А вот плотность застройки уже пугает.

Фото: Екатерина СМБАТЯН

«Хрущевки», «брежневки», модные стеклянные новостройки – Рязань пестрит смешением стилей и эпох. При этом жильцы старых домов грезят о переселении, а обитатели новостроек жалуются на недоделы. В каких же домах все-таки лучше жить и чего не хватает современным строителям для качественной работы?

Крохотное счастье

70-е годы прошлого века. Расширенный пленум Обкома. Зал битком. Выступает первый секретарь Рязанского обкома КПСС Николай Семенович Приезжев:

- Надо разобрать одну жалобу. Зачитываю: «Трест Рязаньжилстрой строит дом для рабочих «Трубопроводстроя». Строительство затянул. Приезжеву разобраться и виновных наказать. Подпись – Леонид Ильич Брежнев».

В зале гробовая тишина… Вот такое начало рабочего дня было однажды у главного инженера Рязаньжилстроя Александра Масло. Дослушав жалобу, Александр Григорьевич уже мысленно попрощался с должностью. Думал – все. За такие проступки можно было остаться и вовсе без работы.

- Обошлось. Отвечать вызвали не меня, а Надежду Чумакову. Там проблемы были с финансированием, вопрос потом решили быстро, и как только деньги начали поступать, мы дом и достроили. Это девятиэтажка рядом с роддомом на Московском, - рассказывает Александр Масло.

Вот так. В городе затянулось строительство обычного дома, а отвечает за это Председатель Горисполкома Чумакова. Главный инженер треста и высунуться не смеет. Сейчас пенсионер Александр Масло рассказывает об этом, как об обычном эпизоде, сидя дома на диване. А живет бывший «вип-чиновник» в обычной блочной «хрущевке» и удивления корреспондента столь скромным жилищем не понимает.

- Это столько радости было! - вспоминает Александр Масло. - Дом хороший, из бетонных блоков. Правда, таких домов всего несколько построили и прекратили, потому что стены толстые, а тепло держат плохо. Ну… вот мы сколько живем, а особенно этого не чувствуем.

Обычной картиной на улицах Рязани 50-70-х годов был грузовик с мебелью и грудой вещей, а на них – счастливый новосел. Он ехал в свой дом в лучшем случае из коммуналки, а чаще - из барака или казармы. Пренебрежительно отзываться о своей крохотной квартирке ему и в голову бы не пришло – это дворец, не меньше!

- Название «хрущевка» относится к планировке квартиры. Санузлы, кухни, коридоры и комнаты – все маленькое. А вот качество строительства к этому никакого отношения не имело, - говорит Александр Григорьевич. – Качество как раз было высоким и контролировалось, я думаю, лучше, чем сейчас. То же касается и «брежневок». А если говорить о площади и однотипности… не до красоты нам было – строить нужно было много, быстро и недорого.

Кривые плиты, щели и множество других «сюрпризов» от строителей при таких темпах и условиях строительства неудивительны. Для советского человека.

Сказка от иностранных «гостей»

Серые, безликие «хрущевки» разбавляли немногочисленные оригинальные здания, например, восхитительный Театр кукол, возведенный, кстати, теми же строителями. А еще – здания, построенные пленными немцами. Их помнят до сих пор. Среди них и жилые дома, и детский сад и кинотеатр, ставший на многие годы одним из главных в городе.

– Кинотеатр «Родина» – это была сказка. Удивительно нежные, живые цвета, исключительная, просто художественная отделка. Ничего подобного ни до, ни после я не видела, - говорит Инга Соколова, которой на момент возведения кинотеатра было 17 лет. – Мы ходили туда, как в музей - просто глаз было не оторвать. Потом там сделали ремонт наши строители… и сказка кончилась.

О том, кто спроектировал это здание, историки спорят и поныне. Среди военнопленных, конечно, были и профессиональные строители, но большинство люди обычных профессий – ткачи, пекари, шоферы. Как они, орудуя теми же материалами и инструментом, что и наши строители, создали здания, молва о которых жива столько лет – тоже загадка. В Рязани, кстати, были мастера ничуть не хуже – альфрейщики. Этой профессии учили в Школе мастеров художественной обработки зданий при Рязанском строительном техникуме. Выпускники школы могли отделывать плоскости внутренних интерьеров под шелк, под мрамор, и это было настоящим произведением искусства, фактически – художественные малярные работы. Но… не в масштабном строительстве – свой талант выпускники Школы применяли уже в столицах при возведении монументальных зданий. В Рязани строений такого уровня не возводили. Хватит с нас и Театра кукол.

Сюрприз, откуда не ждали

В 80-х город, особенно окраины, стали заполнять высотные панельные многоэтажки, облицованные плиткой. Они и стали последними в эре реально доступного жилья. Впечатлений от переезда новоселам хватило и тут – радость от обладания своей квартирой вперемешку с паникой: «Сколько же всего надо доделывать!». Щели, еле теплые батареи, хлипкие входные двери, плитка, уложенная с космической скоростью и соответствующего качества, и стены, оставшиеся перпендикулярными только на уровне проекта. Все это медленно, но верно решалось. Главное – квартира есть, и досталась она хоть и не даром, цены на жилье ни в какое сравнение с нынешними не идут.

У панельных домов, и «хрущевок», и более молодых девятиэтажек, есть одна малоизвестная особенность – при сейсмических воздействиях они ведут себя лучше прочих. Конструкция панельных домов достаточно проста, но эта простота и определяет жесткость – во время землетрясения в Спитаке именно панельные дома показали себя наилучшим образом. Казалось бы, зачем это в Рязани? Но несколько лет назад в Москве зафиксировали землетрясение, при этом сейсмическая граница все время движется к средней полосе. Пусть мы и не в горах, предусмотрительность не повредит.

А где главный?

Любое строительство изначально зависит от одного человека – архитектора, что в переводе с греческого означает «главный строитель». До революции в России было 14 категорий архитекторов. Сооружения доверялись людям только определенной квалификации. То есть архитектор 1-3 категорий не имел права строить более сложные строения. Специалисты самой высокой квалификации возводили монументальные здания. После революции система рухнула. И… так и не восстановилась.

– Рязань отличается тем, что строит много именно жилья. Но сейчас мы находимся не в состоянии какого-то строительного подъема. Скорее, это строительный бум, - говорит архитектор, инженер с полувековым стажем Эдуард Майбаум. - Да, появляются другие здания, с новым обликом, фасады подаются достаточно интересно. Но этот интерес начинает исчезать – приемы повторяются. Камень, стекло, витраж, снова стекло. Мы не видим на фасаде таких вещей, которые заинтересовали бы людей завтра.

Разделяют мнение архитектора и строители.

– Рязань страдает от нехватки квалифицированных архитекторов. Сейчас столько новых материалов, столько возможностей – дух захватывает! Да советские строители даже мечтать о таком не могли, – делится главный инженер одной из строительных компаний Рязани Дмитрий Орехов. – И при этом проектировщики часто отдают проект не… совсем проработанный. Лишь бы отдать. От квалификации строителя, конечно, зависит очень много, тех же каменщиков мы можем контролировать. А проект? Его может сделать только один человек. Хорошие архитекторы есть, но их не хватает.

Необходимы люди, умеющие точно и грамотно применить современные материалы, правильно, до сантиметра спроектировать здание. Что делать? Ждать. Четыре года назад в Политехническом институте впервые начали готовить архитекторов-конструкторов, и рязанские строительные организации возлагают на них серьезные надежды. По сравнению с советским периодом условия идеальные – и материалы новые, и деньги, то есть возможности, совершенно другие. И конкуренция появилась – значит, застройщику для привлечения покупателей нужно будет строить оригинальные и недорогие здания. Отличие от советских времен только одно и, увы, безвозвратно утерянные… первый секретарь Обкома Николай Приезжев категорически запрещал строить в центре Рязани, чтобы сохранить исторический облик. Ни приказа, ни письма не было, все негласно – однако работало. Что сейчас? Но это уже вопрос не к строителям.

Это интересно

В Рязани есть уникальное здание – Дом Радио. Это название помнят только старожилы, ныне в трехэтажном строении на улице Скоморошинской размещается телерадиокомпания «Ока». Фундамент, здание – все как обычно. А внутри… еще один фундамент и еще одно здание, и все это было сделано для качественной звукоизоляции и в те времена специально для радиовещания.

Кстати

«Хрущевки» и «брежневки» были панельными, блочными и кирпичными. Для панельных домов срок службы в свое время был определен в 25 лет. Потом в конструкции внесли изменения и «дали» панельным домам уже 50 лет. А вот для блочных и кирпичных домов срок службы не меньше 100 лет, для кирпича и вовсе запас до 200. Так что неизвестно еще, кто будет смеяться последним.