Дом. Семья

Яцек Палкевич: "Меня считают агентом Кремля"

Легендарный путешественник рассказал, почему так полюбил путешествия по России
Одним из любимых мест для Яцека остается Сибирь (на фото - момент экспедиции на полюс холода). Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

Одним из любимых мест для Яцека остается Сибирь (на фото - момент экспедиции на полюс холода). Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

Гостем совместной программы Русского географического общества и Радио «КП» (fm.kp.ru) стал легендарный польский путешественник Яцек Палкевич.

- Пан Яцек, однажды во время ужасного шторма, когда вы пересекали Атлантику на шлюпке, стало так плохо, что вы пообещали Богу, что если выживите, то проживете жизнь так, чтобы Он был вами доволен. Как вы думаете, он вами доволен?

- (Смеется.) Я тогда много чего пообещал. Надеюсь, что когда все-таки состоится та самая встреча, Он уже забудет обо всех моих обещаниях. А если серьезно - надо жить так, чтобы душа была чистой, чтобы никаких грехов серьезных и чтобы люди вокруг тебя были довольны. Тогда и Он, наверное, будет доволен.

10 кило льда в валенке

- Можете назвать самую экстремальную экспедицию в жизни?

- Три их было. Первая - тот самый переход через Атлантику в одиночку - более сорока суток на спасательной шлюпке в 1975 году. Был трехдневный шторм. И три дня борьбы за жизнь. Трое суток без остановки я вычерпывал воду из лодки... Огромная психологическая нагрузка, мысли глупые в голове появляются. Но слова «всё» и «конец» к себе не подпускал. Гнал их . Говорил: «я смогу», «я ко всему этому готов», «я вернусь к моим близким».

Но сложнее стало, когда прибыло спасательное судно, чтобы меня забрать. А там - сухая койка (а здесь мокро все время), горячая пища (а у меня только суши из рыбы). Велико было желание сдаться. Но тут пришла мысль: а как я буду смотреть на себя в зеркало, что я о себе подумаю? И решил - иду дальше! Вот это была, скажем так, самая сильная победа в моей жизни.

Еще было очень тяжело добираться до Оймякона - полюса холода в Якутии. Месяц на оленях при минус 45 - 50 градусов. Самый опасный момент - провалились в реку по колено. Почти час мучились, вызволяя оленей и сани. Как минимум 10 кило льда образовалось в каждом валенке.

Ну и, конечно, поиски истока Амазонки...

Судьба готовила Палкевичу разные испытания... Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

Судьба готовила Палкевичу разные испытания... Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

На далекой Амазонке...

- Эту экспедицию называют последним великим географическим открытием...

- Пусть называют - я не против. Все спрашивают: Яцек, а как это возможно? Из космоса можно каждый квадратный метр Земли нашей увидеть. Но дело в том, что все равно нужен человек, чтобы попасть в это место, посмотреть, проанализировать и т. д. До 1996-го об истоках Амазонки 3 - 5 теорий различных. Ни одна не имела связи с наукой. Представляете, мир не знал, где исток крупнейшей в мире реки! Я собрал команду, нашел специалистов, ученых (Русское географическое общество, кстати, тоже помогало).

И мы дошли до истока. Он оказался на юге Перу, гора Кевиша, на высоте 5100 метров. Работа очень тяжелая была на этой высоте, нехватка кислорода... Но доподлинно установили - вот отсюда точно вытекает Амазонка.

- Помните, что почувствовали в момент открытия?

- Помню. Ничего не почувствовал - так смертельно устал. До нас что-то начало доходить лишь через несколько дней, когда спустились с гор и расслабились в гостинице. И вот в этот момент стало приятно на душе.

Народный дипломат

- Какая-то удивительная история, как вы попали в Россию.

- Еще при СССР я мечтал попасть в Сибирь. Каждые полгода подавал запрос на визу в посольство. И мне отказывали. До тех пор, пока меня не попросили провести экскурсию для одного советского чиновника.

- И это был...

- Эдуард Шеварднадзе. Министр иностранных дел СССР.

Он увидел у меня в кабинете карту России на всю стену, сувениры. Спросил: «Вы часто бываете в Союзе?» Я говорю: «Господин министр, ни разу, не пускают». - «Хм... Через две недели позвоните в консульский отдел Милана». С этого момента началась долгая дружба с вашей страной.

Путешественник имеет членский билет РГО под номером 007. Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

Путешественник имеет членский билет РГО под номером 007. Фото: Личный архив Яцека Палкевича.

- Жаль, что сейчас наши страны не очень дружат...

- В верхах - да. Но простые люди всегда находят общий язык! Я уже несколько лет чувствую себя послом хорошего отношения, потепления между поляками и россиянами. Выступаю как народный дипломат. Даже написал целый манифест (читайте его на kp.ru), как нам помирить наши страны. Как могу пытаюсь пробудить дипломатов. Из-за этого в польском МИДе меня не очень любят. Считают даже, что я агент Кремля. Но многие в то же время говорят: чем больше будет таких Яцеков Палкевичей, тем быстрее произойдет наверху потепление.

- А есть рецепт, как быстро помирить глав всех стран?

- Да. Взять их в экстремальную экспедицию.

- Готовы ее возглавить?

- Если попросят.

ДОСЛОВНО

Славянская близость в глазах обычного поляка

Яцек Пaлкевич, журналист-писатель-первооткрыватель, чувствует себя послом восстановления межличностных отношений и преодоления взаимных предрассудков, а также построения примирения между славянами, a прежде всего между поляками и русскими

Где бы я не был, чувствовал себя послом моей родины. Я достигал мест забытых цивилизацией, обнаружил реки и озера, которые еще не были исследованы, встречал людей, которые никогда раньше не видели белого человека. Однако я всегда помнил, что страна, из которой я приехал, самая красивая и интересная и всегда гордился тем, что я поляк.

Большую часть своей жизни я провел Италии и никогда чувство польскости не покидало меня. Будучи верным славянофилом я понял, что славянская община с ее корнями и ценностями, из-за неудобных поселений с прошлым, теперь стала лишь романтической памятью. Неудивительно, что со временем меня охватило чувство европейской идентичности. Однако я не скрываю, что мне пришлось закрыть глаза перед нескрываемой Западной Европой чувство превосходства и преимущества культурной цивилизации или, по крайней мере, покровительства бывшему социалистическому лагерю. Сегодня, несмотря на разочарование, погрузившегося в хаос Старого Континента, с его ультрасовременной идентичностью, распространением ислама и исчезновением коренных традиций – что далеко от моей европейской модели - я все еще чувствую себя гордым европейцем.

В своей профессии путешественника-журналиста, который пропагандирует позитивный взгляд на мир, я горжусь тем, что могу быть свободным и находясь выше всех политических разделов. Часто подчеркиваю, что я политический дальтоник, не сочувствую какой-либо партии и меня не интересуют их идеологии. Многолетняя работа в итальянском "Corriere della Sera" научила меня держать дистанцию. Там не было места для журналистов придерживающихся политических взглядов, потому что они невероятны и обречены на дисквалификацию по профессии.

Поэтому я могу позволить себе обширные дружеские отношения с элитами разных, как правых, так и левых кругов власти, с церковными иерархами, или с влиятельными людьми этого мира. С людьми, политические взгляды, которых я не обязательно должен разделять. У меня дома бывали в гостях знаменитости изящного мира, министры, финансисты, олимпийцы, послы Италии, стран Латинской Америки, России и Центральной Азии. Принимал президентов, Коморовского со своей женой и генерала Ярузельского и был в гостях у Валенсы и Квасьневского.

Полувековой исследовательский опыт во всех географических широтах позволил мне узнать культуру высоко цивилизованных наций, культуру коренных племен, у которых я многому научился. К примеру - глобальная мудрость, которая напоминает о том, что сосед через границу важнее брата за горой.

Я не боюсь решительно выступить против нынешних антироссийских мнений и судов, взаимных фобий и стереотипов, которые вместо диалога и попытки достичь соглашения, строят стену обиды, которая разделяет поляков и русских. В течение многих лет я чувствую себя послом потепления дружеских отношений, а также построения согласия и братства между поляками и русскими. Для меня, славянофила, это миссия, и у меня есть ощущение, что я делаю что-то очень важное, хотя иногда рискую называться агентом Кремля. Моральную поддержку мне оказывает золотой Крест Заслуги "Pro Ecclesia et Pontifice" - За Церковь и Папу, полученный от Папы Римского Бенедикта XVI в доказательство "приверженности работе на общее благо".

История польско-российских отношений никогда не была однозначной, прошлое часто ранило, давали о себе знать предрассудки и обиды. Но были и светлые стороны. Наши народы - это два форпоста славянства в Европе, связанные не только многовековым соседством, но также лингвистическим и антропологическим родством и общей исторической судьбой. В течение почти двух веков большая часть польской и русской интеллигенции разделяла историю совместной борьбы за демократию и социальное равенство под лозунгом «За нашу и вашу свободу!».

Многочисленные эмигранты, которые 150 лет назад добровольно выезжали за Урал за лучшим хлебом, внесли свой вклад в освоение обширных зауральских территорий. B месте с перемещенными лицами из европейской части России, создавали Иркутск, архипелаг плоскости. Нельзя забывать о знаковых достоинствах политических ссыльных в области исследований и научных открытий. Ян Черский, Александр Чекановский, Бенедикт Дубровский, или Король Богданович, оставили после себя постоянный след в географических названиях.

Опубликованный в 1895 году доклад по случаю 50-летия Русского географического общества, пересиливает сотни десятков польских имен исследователей, в основном политических ссыльных, которые записались золотыми буквами в его анналах. Будучи удостоенным чести 7-го члена этого научного учреждения, в 2010 году по приглашению его президента С.К. Шойгу, я принимал участие в реформирований РГО в современное соответствующее требованиям ХХI века организацию. Я безмерно благодарен за то, что, высоко оценивая ценность научных исследований и вклад в развитие Сибири, моими соотечественниками, РГО оказывало им помощь в нищете и финансировало исследовательскую работу, не говоря уже о этом, что онo неоднократно помогало уменьшить их наказание и вернуться раньше на родину. Добавлю, что шесть из этих политических «преступников»: Ходзько, Черский, Чекановский, Стебницкий, Дыбовский и Серошевский, были удостоены престижной Великой золотой медали РГО.

Польская и русская культура на протяжении веков взаимно вдохновляли и влияли на развитие друг друга. Многие с сантиментам вспоминают, как в годы коммунизма европейская Польша считалась для них выставкой Европы. Сегодня, более 40 процентов опрошенных россиян считают, что в истории наших отношений было больше положительного опыта, чем отрицательного - что должно вселять оптимизм на будущее.

Убежден, что поляки не русофобы и считаю, что отношение простых людей к русским самое благожелательное, а власть не всегда выражает позицию общества.

Польская сторона слишком часто сосредоточена на том, чтобы найти виновных за прошлое. Процесс потепления построен хрупкими узами из добрых связей, конечно не следует отказываться от собственной политики исторической памяти, но надо помнить, что смоленская трагедия в других странах она рассматривается как непродуктивная и чрезмерно пессимистичная. Мы слишком глубоко укоренили культ мученичества, память о прошлых драматических событиях, связанных с патриотическими героями. Преступление в Катыни было ужасным, но не русские убили польских офицеров, а ранее советскую интеллигенцию, сделал это криминальный сталинский режим, враждебный как полякам, так и русским.

Почти сто лет назад итальянский писатель Итало Свево заявил: «Прошлое все еще ново. Оно постоянно меняется по мере развития жизни. Действительно, время заслоняет горькую правду, раненая патриотическая память подлежит проверке. Уход целого поколения свидетелей спорных исторических событий, а также падение Берлинской стены, глобальная миграция или европейская интеграция определяющая примирение национального отражения, - все это влияет на трансформацию культуры памяти. Хотим мы этого или нет, мы вступаем в новую фазу культуры памяти.

В Европе медленно умирают старые споры. Финны забыли о болезненном периоде российского правления, исчезли острые дипломатические напряженности в отношениях между Италией и Хорватией, связанны с жестокой «витаминизацией», и, сравнимые с катынским варварским «преступлением Фойбе», югославскими партизанами в окрестностях Триеста, в которых было убито по меньшей мере несколько тысяч итальянцев. Франция стерла обиду к вечному врагу Германии. Этот исторический поворот проложил путь к созданию Европейского Союза. Канцлер Ангела Меркель заверила, что франко-германская дружба является «одной из самых важных дружеских связей в мире». История также согласилась с "Приматом Тысячелетия" - Вышинским, чья дальновидность полвека назад дала новое измерение процессу соглашения между Польшей и Германией.

Глобальные изменения современного мира подрывают дух политики экономических ограничений ЕС в отношении России. Итальянские политические элиты уже несколько лет посылают прокремлевские сигналы, повторяя, что санкции слишком преувеличены и их необходимо заменить диалогом. Такие заверения были также сделаны осенью 2019 года премьер-министром Италии Джузеппе Конти во время встречи с Путиным, с которым в течение долгого времени тепло поддерживают пророссийские лидеры ключевых политических сил в Европе, Маттео Сальвини и Марин Ле Пен.

В августе прошлого года французские СМИ совершенно единодушно признали приветствие Путина в Форт-Бреганкон как протяните руки Макрона к Москве. Три месяца спустя аналогичный жест повторился. Свою доброжелательность к Москве демонстрируют политики практически всех немецких фракций. Согласно опросу Die Welt, на волне антиамериканизма 58 процентов немцев хотели бы улучшить отношения с Россией, и только 26 процентов были бы более отдаленными. Виктор Орбан ведет переговоры с Россией, и традиционно антироссийский Лондон занят Брекcитом и не задумывается над этими вопросами. На саммите Совета Европы в Хельсинки представители 47 государств Страсбургской организации восстановили право голоса России, a Польша ведет себя все время так, как будто она не видит происходящих изменений.

К новой ситуации треугольника Европа-Китай-Россия добавляется непредсказуемость Трампа и риск гарантии американского зонтика безопасности в Восточной Европе, который может быть принесен в жертву более важным целям.

Стоит заметить, что статистика подтверждает большинство жителей Италии, Франции и Великобритании желали бы восстановления нормальных отношений с Россией. Западные аналитики придерживаются мнения, что в обществе и в культурной среде давно уже пора запустить каналы коммуникации на уровне формирования улученного мнения о России. Ни для кого не секрет, что из-за экономических и деловых интересов крупные страны ЕС осторожно возобновляют механизмы двустороннего сотрудничества с Москвой.

Для нас, людей доброй воли, было бы непростительной ошибкой не настаивать на диалоге и нормализации отношений. Разумно мыслящие люди имеют схожие с моими убеждения, но из-за своей абсурдной политкорректности у них не всегда хватает смелости признать это.

Яцек Пaлкевич

Членский билет Русского географического общества № 007